Шейна Эфрос (sheynefros) wrote in zasiraki,
Шейна Эфрос
sheynefros
zasiraki

Ковчег Ноевой жены: За кулисами

Стоит немного рассказать о новых героях нашей саги.

Евдокия Карловна, преисполненная высоких чувств экзальтированная красавица, была известной дивой бурлеска. В город наш она прибыла, скрываясь от скандала, разразившегося в результате тщательной проверки документов, когда выяснилось, что из восьми детей, на которых она получала пособие как мать-супергероиня, семь оказалось лилипутами вполне призывного возраста.

Как всякая звезда, Евдокия Карловна трепетно относилась к другим звездам. Трепет ее души распространялся также и на Солнце, чье затмение было широко разрекламировано в местной прессе.

Всё утро Евдокия Карловна разгоняла облака, чье неожиданное появление грозило сорвать процесс наблюдения за "поглощаемым драконом" светилом.

Однако впоследствии Евдокия Карловна оценила их некоторое преимущество, поскольку только через проплывающие облака ей удавалось лицезреть ухмыляющуюся пасть дракона. В этом она определила самое лестное для себя значение и пустилась во все тяжкие.

Хотя вернее было сказать: одно только ее появление в городе запустило механизм совершенно невероятных и мало предсказуемых явлений и событий. Горожане, забыв все обиды и оставив на время разногласия, сплотились плечом к плечу перед нависшей угрозой их спокойной жизни.

Но как показала жизнь – не все горожане проявили бдительность.



***

А теперь позвольте представить губернатора нашего славного города.

Федор Семенович Бородинский прошел все ступени государственной лестницы. Еще в юности двери власти приоткрылись для него. Работая во благо нашего города, он изучил все тонкости государственного управления, впитывая эту науку от старших. Совершенно необходимая для государственного деятеля вещь с учетом того, что законы особо не выполнялись и носили скорее рекомендательный, чем обязательный характер. Федор Семенович в полной мере обладал прагматизмом, талантом публичной фигуры и ловкостью в ведении дел, являясь достойным наследником бюрократического духа.

Начиная с незапамятных времен, жители города всячески почитали своего губернатора, но и также тщательно следили, чтобы правитель города не смог узурпировать власть. Его полномочия, сперва ограниченные лишь моралью, были вскоре введены в определенные рамки собранием правящей элиты города.

Хотя город наш и олицетворял культурный светоч государства, но при этом жестко проводил границу между так называемым народовластием, продлившимся лишь миг, и влиянием этих семейств, которым город был обязан своим процветанием. Безусловно, Федор Семенович наслаждался своей должностью и всеми преференциями, что она с собой несла, но иногда все же он ощущал себя узником положения, что зачастую приводило его в угнетенное состояние духа.

И вот этот достойный всяческих похвал человек стал жертвой чар дивы бурлеска: Федор Семенович увлекся без ума и без памяти, из кожи вон лез, чтобы доказать Евдокии Карловне, что он чрезвычайно шикарный человек, но красавица убеждалась туго.

Город замер в предвкушении надвигающейся любовной драмы. Однако, у губернатора оказался соперник, соперник, о котором никто и подумать не мог.

***

Петр Адольфович Анечкин служил в цирке и всю жизнь страдал от несоответствия своего комического амплуа и трагических порывов души, как это свойственно бывает людям, чей рост несколько не соответствует имеющимся амбициям. К тому же Петр Адольфович был влюбчив, то есть являл собой идеальную жертву для таких пожирательниц мужчин, к коим город отнес Евдокию Карловну.

И хотя безумства, совершаемые им в честь дамы сердца, были несравнимы с безумствами более зрелых горожан мужского пола, один из которых даже пел серенады под ее окнами в совершенно неподобающем для серьезного бизнесмена обнаженном виде, за что был заточен на две недели в казематы и даже принимал участие в покраске забора детского сада "Лютики", все же Евдокия Карловна обратила внимание на Петрика. И, бывало, бранила образовавшийся возле нее кружок обожателей, позволявших себе устраивать над ним насмешки, и бросала на него томные взгляды, которые заставили приуныть влюбленную в нее городскую молодежь и не только молодежь.

И Петр Адольфович уверился, что от судьбы не уйдешь, а умные люди в лице тещи губернатора Аполинарии Геннадьевны ему внушительно подсказали, что Евдокия Карловна и есть его судьба, а раз решившись, он готов был на полную и безоговорочную капитуляцию.

Надо сказать, что все увлечения Евдокии Карловны были гораздо более платонического характера, чем влюбленные экстазы большинства ее товарок по драматическому беснованию. Эффектная наружность и определенная бойкость в обращении, низкий тембр голоса сводил с ума полоумную толпу поклонников, готовых для нее на тысячу глупостей. К тому же она имела счастливую особенность превращать их в своих верных и преданных друзей, ловко уклоняясь от прочих уз и обязанностей страсти.

И вот, когда взгляд Евдокии Карловны остановился на Петре Адольфовиче, дружеские языки поспешили донести сведения об этом повсеместно.

Однако доподлинно неизвестно, скандал ли, раздутый не без участия тещи губернатора, чьи старания по возвращению зятя в хорошо обустроенный семейный очаг были безмерны, либо желание Петрика увлечь диву бурлеска хоть бы на необитаемый остров, если нет возможности вывезти ее в Париж, а может какие другие причины послужили поводом для внезапного отъезда Евдокии Карловны и Петра Адольфовича из города.

Одна часть горожан заметно приуныла, другая - с облегчением вздохнула. Жизнь в городе стала налаживаться, но ее течение изменилось.

Ранее в Ковчеге

Пролог

Интермедия

Ход королевой

Вся жизнь театр




Tags: Сказка
Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 170 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
а вот кстати, если бы Людмила вышла все-таки замуж за карла, то какие у них были бы дети?

Я прямо представила:

Пришел Руслан, она ему с порога: "Другому я навеки отдана", уходит бедный парень, пьет он с горя, вдруг через год: "Людмила родила!" Он в счет пустился, нет, кругом обломы, крадется в замок длинной бороды. Там Карлу шепчет бывшая зазноба "А дочка наша, Карл, небесной красоты!"
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →